Молитва перед российской пропагандой

Господь мой Иисус Христос, дай мне сил выдержать слушание/ чтение/ просмотр российской пропаганды! Даруй мне рассуждение, чтобы отличить правду от неправды, а что я не могу понять, сделай так, чтобы я забыл все это. И избавь меня от всех незаметных мне последствий пропаганды, дабы семена мерзости, обманом войдя в мою душу, не укоренились бы в ней. Защити мое сердце от растерянности, бесконечных сомнений в самом себе, паралича воли, страха, отчаяния, цинизма, ненависти и неверия. Избавь меня от морока лжи и пленения ею моей души. Молю тебя, Боже, очисти меня и сохрани меня для Себя. Аминь.
--------------------------------------------------------

Антирелигиозная пропаганда не была изобретена в Советском Союзе. До нас дошла древнеримская карикатура на Распятие, изображающая Христа в виде осла. Римская карикатура прямолинейна. Осел или человек с ослиной головой на ней – это всего лишь осел, животное, не нагруженное чередой противоречивых смыслов. “Христос – идиот, если он дал себя распять; христиане – идиоты, если они поклоняются Распятому”, вот и весь нехитрый смысл примитивной насмешки. Быть христианином – значит быть ослом, идиотом. В случае, однако, если на кресте появляется реальный или придуманный персонаж с историей (Микки Маус, Гагарин), ситуация кардинально меняется. Введение в устоявшуюся иконографию Распятия нового персонажа со своей собственной историей/ замена им Христа создает пространство для гораздо более утонченных насмешек. По моему мнению, главными отличительными особенностями этого нового, постмодернистского, типа карикатур, является 1) наличие множественных взаимоисключающих смыслов (среди которых непременно есть “как бы благой”) 2) стремление сделать зрителя соавтором и “продолжателем” темы карикатуры, незаметно для него самого. Показать на примерах, в чем отличие постмодернистской российской пропаганды от более привычной прямолинейной “римской”/советской и как именно она работает с умами – цель этой статьи.

Athos for Putin

“Greek clergy and public figures are going to present a gift to Russian President Vladimir Putin a unique icon - Patriotissa Panagia (Virgin of patriot), or "Unity". It was written specifically for Russia, in gratitude for their contribution to preserving the traditions of Orthodoxy, for his contribution to the development of Europe, told Russian journalists clergy and representatives of the NGO ELAIA ("Elia", "Oliva").
Present the icon as a gift planned in 2016 year, when the cross year Russia and Greece.
Icon painters of Mount Athos wrote, it is unique not only for work but also in size - 2,3 1,8 meters per meter. Weighs icon 150 kilograms. And it is called "Unity", because it is a line from the Gospel - "Let there be one."
At the writing of icons blessed Patriarch of Moscow and All Russia Kirill, said rector of the church of Panagia Sumela in Minidi Father Gregory. In his temple to be stored icon until it is transported to Russia.”
[The full text of the article released English is provided in the Appendix below.]

This news item first appeared on the 16^th of February on Russian news websites.  The English text above appears on the website ‘News CYPRUS’ and is reproduced exactly.

Before going any further I must clarify that the title (or name) of the icon which was, for some reason, mistranslated into English as “Virgin of patriot”. The word “patriot” is indeed written on the right side of the halo of the Mother of God, immediately below the customary Greek four-letters abbreviation “MP OY” – “Mother of God”; this is the title of the icon. However, the word in question is written in Russian and says “ПAT-PИO-TKA” (“patriot-ka”) that is a single female form of the word “patriot” – “female patriot”. Properly translated, the title of the icon is “Mother of God the Patriot” and this is in fact how it has been translated in Russian mass-media. It is noteworthy that in Russia we have many kinds of icon of the Mother God like “Mother of God the Milk Giver”, “Mother of God the Hope of those who have lost hope”, etc. We have never had “Mother of God the Patriot” though.

Афон для Путина

"Греческие священнослужители и общественные деятели намерены преподнести в дар президенту России Владимиру Путину уникальную икону — Панайа Патриотисса (Божья матерь Патриотка), или "Единство". Ее написали специально для России в благодарность за вклад в сохранение традиций православия, за вклад в развитие Европы, рассказали российским журналистам священнослужители и представители общественной организации ELAIA.

Икону писали иконописцы на Афоне, она является уникальной не только по работе, но и по размеру — 2,3 метра на 1,8 метра. Весит икона 150 килограммов. Ее называют и "Единство", поскольку на ней есть строка из Евангелия — "Да будет едино".

На написание иконы благословил Патриарх Кирилл (Гундяев), сообщил настоятель церкви Панайа Сумела в Миниди отец Григорий. В его храме будет храниться икона, пока ее не перевезут в Россию."

[полный текст статьи дан в приложении ниже]. 

Несколько лет назад этот текст воспринимался бы как пародия или бред. Сегодня в нем мало что вызывает сильные эмоции. Эта усталость души, как мне кажется, доказывает верность ощущения, что в своем неумолимом стремлении к абсолютому злу Россия одерживает победу. Уже мало что удивляет, т.к. восприятие притупилось от изобилия абсурда и лжи. То, что эта новость из Греции, а не из России, ничего не меняет: Греция приобщилась российской заразы и стала частью России на метафизической карте.

Предоставляя читателю самому составить мнение о содержащихся в тексте заявлениях, я сразу перейду к главному – к самой иконе, а еще точнее – к ее иконографической схеме, дающей ключ к ее пониманию. 

Liturgy, God, man

Why I wrote this

This essay is a natural outcome of the hurt and dismay which I experience almost every time I participate in the Eastern Orthodox Liturgy. Why such emotions? – Because I came to firmly believe that in the overwhelming majority of cases the Liturgy is not conducted properly, from a lay person’s point of view. I have deliberately chosen these words which are doomed to be perceived as the silliness of a philistine who does not understand what she is talking about. I readily agree that I am, in the eyes of many, especially the Eastern Orthodox clergy, a double philistine: as a laity and as a woman. That is right: I am writing as a lay person who wants to be with Jesus Christ maximally fully, especially in the established by Him, for this very purpose, sacrament of the Eucharist and who, as a laity and as a woman, can participate in the Liturgy only as much – or, more fittingly, as little – as the Church “tradition” allows her. 

Путин без зеркал

Загадка мистера Путина

В настоящее время президент Российской Федерации В.В. Путин купается в свете прожекторов, ярких, как никогда. "Мачо", "супермен", "самый вежливый человек" (вставьте любое любое клише) продолжает оставаться для Запада загадкой. И, судя по реакциям и действиям подавляющего большинства западных политиков, они продолжают не видеть, с кем они имеют дело.

Существует несколько причин этой странной слепоты, в том числе вполне сознательные и рациональные, например, получаемые их странами временные выгоды, пока они остаются слепыми и глухими. Тем не менее, даже если вообразить гипотетическую ситуацию, в которой политики разом отказываются от временных выгод и концентрируются на глобальной и вполне реальной проблеме Третьей Мировой Войны, начатой в Украине, они бы все равно не знали, что им делать с "мистером Путиным". И это совсем не удивительно, т.к. они воспринимают его как другого человека.

Putin without mirrors

The enigma of Mr. Putin

Currently the president of the Russian Federation, Mr. Putin, is more in the spotlight than ever. “The super tough guy”, “the Russian macho” – whatever the cliché – is as “enigmatic” to the West as ever. Judging by the actions of the overwhelming majority of world politicians they are still unable to understand with whom they are dealing. 

There are multiple reasons for that perceived blind spot of course including rational and conscious reasons, for instance the temporary benefits their countries may reap while they remain ‘blind’. Still, even if one imagines the hypothetical situation when the political leaders of the whole world suddenly became free from those temporary concerns and concentrated on the very real and big issue of the Third World War starting in Ukraine they still would not know how to deal with Mr. Putin. This is not at all surprising because they think of him as another person. 

Хроники деконструкции смыслов

"Если подумать, Адольф Гитлер был первой поп-звездой."

(Дэвид Боуи)

Предисловие: о телемикроскопе

Год назад в статье “Утрата веры” я сочла необходимым написать о РПЦ МП следующее:
“… [вы] уподобляетесь окрашенным гробам, которые снаружи кажутся красивыми, а внутри полны костей мертвых и всякой нечистоты; так и вы, по наружности кажетесь людям праведными, а внутри исполнены лицемерия и беззакония.”[1]
… Вся глобальная и многоуровневая ложь РПЦ вдруг разом сложилась в одну картину. Вот Патриарх Кирилл лжет о Церкви, произнося пустые, фальшиво звучащие проповеди, лжет потому, что он не верит в Бога, а безбожник, сколько он не пытается сказать что-нибудь о Церкви и о Боге, не в состоянии выдавить из себя ничего, кроме фальшивки. Вот архиепископы и епископы, тоже не верующие, поднимаюшие Чаши за Евхаристией, а хор поет "Тело Христово приимите". А вот другие, истово верующие, вначале в могущество России, и лишь потом – в Христа, причем урезанного Христа, который подходит к их главной вере в империю. Впрочем, Христос вспоминается ими редко. Их паства, которая верит, что главное – правильное исполнение ритуалов, свечки в храмах, национально-православная атрибутика, не знает о Христе, Его апостолах, христианах первых столетий вообще ни-че-го. Весь этот ужас прекрасно вписывался в современную идеологию РПЦ, которая уже давно перстала быть православной и христианской, а стала "русской церковью", отправителем этнического и государственного культа. Ложь, среди которой, каким-то чудом еще происходит таинство Евхаристии.”

Эта статья была ответом на убийство о. Павла Адельгейма, последнего широкоизвестного священника РПЦ МП из тех, кто бескомпромиссно следовал за Христом и не боялся говорить правду. Его убийство вызвало шок и скорбь в России и почти ничего – в мире, даже в православных кругах. Это неудивительно: христиан убивают ежедневно, во всем мире. Убийства (христиан и не христиан без различия) – это безусловное зло, и я не могу сказать, что убийство о. Павла было “особенным злом”. Тем не менее, в моем восприятии оно стоит особняком из-за своего густого и тяжкого символизма, символизма метафизического масштаба, который делает его событием, имеющим отношение  не только к российским православным или гражданам РФ, но и ко всем людям. Для меня случившееся стало символическим актом абсолютного зла, которое в наши дни решило актуализировать себя в России. Зло выплюнуло одного из тех, кто ясно видел его приближение и сказал “нет”. Говоря более понятным для современного западного человека языком, последний белый рыцарь был убит драконом; королевство, наконец, захвачено и ворота открыты настежь; теперь ничто не сможет помешать зверю бросить свою армию в мир.

Мне любопытно, почему голливудские фильмы о плохих и хороших парнях, плохих и хороших ведьмах, плохих и хороших духах пользуются неизменной популярностью на “прагматичном, циничном Западе”. Почему сказка о каких-то хоббитах, несущих за тридевять земель некое дявольское кольцо ради того, чтобы бросить его в адский огонь, чтобы наконец восторжествовало абсолютное добро, воспринимается взрослыми людьми с энтузиазмом, вплоть до готовности играть роли из фильма и даже носить “единственное кольцо” (в специально отведенное для этого время), не боясь выглядеть при этом смешными, a христианин, осмелившийся заговорить о князе тьмы или падших ангелах, выглядит смешным в глазах многих. На мой взгляд, это похоже на упорный отказ всмотреться на реальность и увидеть упорную хроническую неспособность мира стать хорошим, несмотря на все наши усилия сделать его таковым или, говоря радикальным языком Евенгелия, признать, что “весь мир лежит во зле”[2]. Это просто-таки показательный случай из психологии К. Юнга: бессознательное ощущение присутствия абсолютного зла в мире переносится в безопасный формат ролевых игр в хороших и плохих ребят. Поэтому я делаю вывод, что над христианином, рассуждающим о зле, смеются потому, что он напоминает сознанию собеседника о том, что тот вытеснил и затолкал в самые темные и дальние углы своей души. Говоря о зле, христианин чудовищно серьезен; хуже того, он предпочитает называть его не просто “мировое зло” или “темные силы”, но “сатана” или “демон”, таким образом настаивая на том, что зло – это не абстракция, но что оно имеет реальность личности. Подобная ясность языка – это не только раздражающая особенность христианского мышления, но и очень важный его аспект. Я убеждена в том, что аллергия на ясность языка, особенно когда речь идет о "трудных" предметах, таких, как экзистенциональные и метафизические вопросы, является одним из важнейших составляющих в разворачивающейся перед нами и балансирующей на грани третьей мировой войны игре.

Chronicles of the deconstruction of meaning

"When you think about it, Adolph Hitler was the first pop star."
(David Bowie)

 

Preface: about a telemicroscope

A year ago in the article ‘The Loss of Faith’ I was compelled to write concerning the Moscow Patriarchate of the Russian Orthodox Church quoting from the gospel of Matthew:
“…. you are like whitewashed tombs which indeed appear beautiful outwardly, but inside are full of dead men’s bones and all uncleanness.… you also outwardly appear righteous to men, but inside you are full of hypocrisy and lawlessness.”[1]

At that time all the global and multilayered lies of the ROC MP[2] had suddenly assembled into a one coherent picture. Here was Patriarch Cyril uttering lies, delivering empty, false sermons – lying because he does not believe in God and a godless person is unable to squeeze out of himself anything but falsity about God even if tries hard. Here were non-believing Godless priests and bishops raising Eucharistic Cups while choirs sing “Receive the Body of Christ”. And here are followers ardently believing, first in the mighty power of Russia and only after that in a reduced version of Christ which fits their primary faith in the empire. The name of Christ is mentioned by them rarely now. Their congregations seam to believe that the most important thing is the correct conduct of the rituals: candles in the churches, national-Orthodox attributes while knowing almost nothing about Christ, His apostles, Christians of the first centuries. This horror fits well the contemporary ideology of the ROC MP which long ago ceased to be Orthodox and Christian but became instead “the Russian church”, the conductor of the state cult. A lie amongst which, by some miracle, the Sacrament of the Eucharist is still happening.

That article was a response to the murder of Fr Pavel Adelgeim, the last publicly visible priest of the ROC MP who followed Christ without compromise and dared to speak the truth plainly. His murder made a big impact in Russia and almost zero – around the world, even in the Orthodox Churches. It is not surprising; Christians are murdered every day around the globe. Murders (of Christians and non-Christians alike) are evil and I cannot say that the murder of Fr Pavel was “particularly evil”. Nevertheless, in my mind it stands out because of its gross symbolism, the symbolism of a grand metaphysical scale that makes the event relevant not just to the Russian Orthodox or Russian citizen but to all people. To me it was no less then a symbolic action of the universal evil which now choses to actualize itself in Russia. The evil spat out one of those few who clearly saw it rising and opposed it. Speaking the more understandable to the Westerner language, the last white knight was slain by the dragon; the kingdom is overtaken at last and the gates are opened wide; now nothing can stop the beast from leading its army into the world.

I wonder why the Hollywood movies about good and bad guys, good and evil witches etc are ever popular even in “the pragmatic and materialistic Western society” (a Russian cliché). Why the story about some hobbits taking an evil ring back to the evil fire to overthrow the evil king for the sake of the triumph of the universal good are met with enthusiasm by the adults who are prepared to play the movie roles and even wear “the one ring” (during specially assigned times) not fearing to seen as “ridiculous” but when a Christian dares to speak about the prince of darkness and good or fallen angels he become ridiculous in the eyes of the majority. To me it looks like the adamant refusal “to get real” and recognize a chronic failure of this world, despite all human effort, to be good or, using the more radical language of the Gospels, to admit that “the whole world lies in the power of the evil one”[3]. It is such a Jungian case: an unconscious perception of the acting universal evil in the world is transferred into the safe frame of enacted games about good guys and bad guys. Hence I conclude that when a Christian speaks about the evil he is laughed at because he reminds the consciousness of the listener about that that was pushed far into the dark corners of the psyche. He is deadly serious about the evil; worse even, he often calls it not just “evil principal” or “dark force” but “Satan” or “demon” thus insisting that “the force” has the reality of the person. Such a clarity of definitions is not just annoying but crucial. I believe that the allergy for a clear language, especially when it deals with “difficult” matters like existential and metaphysical truth is one of the major factors in the current state, balancing-on-the-edge-of-the-third-world-war.

Боязливое благочестие и "ничто - ничто - ничто" св. Иоанна Креста

Господь и Бог мой, как может тот, кто ищет Тебя с бесхитростной и чистой любовью, не найти, что Ты – это все, чего только его душа может желать? Ты  обнаруживаешь себя первым и сам выходишь встретить тех, кто Тебя ищет.
(Св. Иоанн Креста)

 
 

 Есть вид благочестия, который тем более оскорбителен для Бога, чем, чем больше усилий его адепты прилагают к тому, чтобы продемонстрировать Богу свое почтение. Это – так называемое "боязливое благочестие", т.е. благочестие, порожденное исключительно страхом.

"Боязливое благочестие" – это отнюдь не страх Божий, названный в Ветхом Завете "началом мудрости"[1]. Библейский страх имеет своей целью Бога и Его познание, поэтому он полностью сфокусирован на Боге; "боязливое благочестие" полностью сфокусировано на самом себе, хотя и использует слово "Бог" не реже, чем Псалмопевец.

Согласно широко принятой в Христианстве интерпретации, под библейским страхом Божиим подразумевается отнюдь не страх наказания, а страх расстроить любимого. В Писании Бог неоднократно назван Возлюбленным; этот эпитет предполагает, что верующий должен бояться совершить грех, который бы расстроил Бога (или даже причинил бы Ему страдание), а также загрязнил душу верующего и, таким образом,  воспрепятствовал его общению с его Возлюбленным. Заслуживает внимания здесь то, что, точно также как и влюбленный, будучи разлученным с предметом его любви, думает только о нем, согрешивший, потерявший возможность богообщения не думает о себе, а думает только о Боге и о своем невыносимом страдании из-за невозможности видеть Возлюбленного. Такой верующий не желает ничего исключительно для себя, он жаждет только видения Бога и познания Его. Этот идеал бескорыстных и страстных[2] отношений между душой и Богом ярко описан в библейских "Псалмах" и "Песне Песней".

The fearful piety and "Nada – nada – nada" of St John of the Cross

O Lord, my God, who will seek you with simple and pure love, and not find that you are all one can desire, for you show yourself first and go out to meet those who seek you?
(St John of the Cross)

There is a certain kind of piety which, the more reverence its adepts try to show to God the more offensive it is to Him. This is the “fearful piety”, i.e. the piety that derives entirely from fear. 

“Fearful piety” is certainly not the holy fear of God glorified as “The fear of the Lord is the beginning of wisdom”[1]. Biblical fear is all about God and knowledge of God and is focused on God; the “fearful piety” is entirely self-focused although it uses the word “God” not less frequently than the Psalmist.

  

It is the Christian understanding that the biblical holy fear of God means the fear of a believer to upset the loved one (not fear of the loved ones’ retribution). God is defined as the Beloved in the Scriptures therefore a believer is supposed to be afraid to commit a sin which will upset (or even hurt) God and also pollute the believer’s soul; the latter would prevents the sinner from seeing his Beloved. It is noteworthy that, just like a person in love when separated from the object of his passion thinks only about her, a sinner who has lost access to God does not so much think about himself but focuses on God and on the pain of his inability to see his Beloved. He does not want anything purely for himself. He only wants to see God and to know Him. This kind of holy ideal, the passionate and selfless relationship between the soul and God is very vividly described in the Psalms and ‘Song of Songs’.

Утрата веры

“Есть тревожное чувство, что если в XXI веке народ окончательно отвернется от своей веры, то это будет означать погибель России. И для того, чтобы это не произошло, мы должны работать все - власть и Церковь, простой народ и интеллигенция” - сказал патриарх накануне на трапезе по окончании праздничного богослужения в храме Христа Спасителя, сообщает сайт Московского патриархата.

По словам патриарха, сегодня нужно направить усилия на то, чтобы "разрушительная пропаганда, действующая, особенно на молодых людей, через средства массовой информации и Интернет, не переформатировала, как теперь говорят, сознание и душу нашего народа"
“Борьба идет именно за то, чтобы переформатировать Россию. И, конечно, все те, кто пытается это сделать, в первую очередь сталкиваются с Русской церковью. Она стоит как твердыня, как крепость. Но ведь крепость сильна не своими стенами - она сильна своими защитниками. И как важно, чтобы сегодня народ наш понимал, что, защищая Православную церковь, он защищает не одну из конфессий, не свой фольклор, не свои местечковые традиции - он защищает самого себя, свою индивидуальность, свою самобытность, свою историческую память", - подчеркнул патриарх.[1]

---------------------------------------------------------------- 

Почти два тысячелетия назад Спаситель сказал: "на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее."[2] Он также обещал ученикам: "Я с вами во все дни, до скончания века."[3] Говоря более привычным для современного человека языком, Иисус Христос обещал христианам, что созданная Им Церковь никогда не будет побеждена злыми силами этого мира и что сам Иисус всегда будет с теми, кто верит в Него. "Всегда будет" означает здесь реальное присутствие, известное на опыте верующим христианам. Только этим реальным опытом присутствия Христа, называемым богообщением, можно объяснить бесчисленные акты мученичества, от первых лет Христианства до наших дней. Человеку предлагали отказаться не от идей или богословских формул, а от присутствия Христа в его жизни.

Fr Pavel Adelgeim: verses

1970

[labour camp]

Behind the fences,
Behind the locks,
Behind angry dogs flocks
Buried,
Lepors,
To the bones, to the soul naked,
We are dragging
Days and nights
Like chains. There is no strength,
No gleam in the sky
Neither hello nor good by.
No death. No life.

Памяти о. Павла Адельгейма

 "Но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого (Мф. 5,33-37)


Недавно в социалистическом онлайн-журнале мне попался фрагмент книги К. Каутского "Происхождение Христианства" о Христе-"бунтаре". Это была одна из широко распространенных попыток уменьшить Сына Божия до понятного и удобного для пишущего размера, в данном случае до иудейского повстанца, зилота. Автор, вероятно, был искренен. На Христа он смотрел сквозь узкое оконце своего атеизма. Для любого сына Божьего, т.е., для любого христианина (ибо в воплощении Христа мы все усыновлены Богом) читать тексты, подобные этому, так же невыносимо, как невыносимо было бы человеку, нежно любившему свою покойную мать, слышать реплику случайного посетителя "Я хорошо знал вашу мать - она была блондинкой." "Моя мать была добрым и уникальным человеком!" "Нет, она была блондинкой." Когда мне приходится пробегать глазами подобные сочинения, пытающиеся представить Христа "учителем этики", "революционером", "философом", мне хочется кричать от отвращения. Если бы только авторы этих статей могли видеть, сколь нелепо и вульгарно они выглядят в свете Того, о Ком они пишут.

Reinventing fascism

Black priestly dress, golden epaulets
(…)
Patriarch Gundyav believes in Putin,
Better if he, bitch, believed in God

These lines of the song written by the punk-feminist group ‘Pussy Riot’ encapsulate the fascist turn of current Russian affairs. The West learnt about ‘Pussy Riot’ almost instantly after their first (and the last) performance of the song in the number one Russian Orthodox patriarchate cathedral in Moscow. Following the tradition of supporting social freedoms, a few months later a series of Western voices fervently protested against the two year prison sentence given to the three singers but (judging by the responses in Western mass-media) failed to recognize the significance of their performance which targeted the very core of Russian politics. “When we say “Lenin” – we mean “the Party” wrote Mayakovsky, now one may write “When we say “United Russia” (the ruling party) – we mean “the ROC” (Russian Orthodox Church). 

Блаженны изгнанные за правду (Мф 5:10)

Христианство пытались уничтожить с самого его рождения. Спасителя распяли, из его ближайших учеников умер от старости только один апостол Иоанн. Апостол Иаков, брат Господень, за свою праведность почитался жителями Иерусалима святым – как иудеями, так и евреями-христианами. Когда новое абсурдное учение начало набирать силу, влиятельные иудеи и священники иерусалимского храма обратились к Иакову с просьбой сказать народу правду об Иисусе и тем самым развенчать суеверное почитание покойного богохульника. Иаков молча поднялся, как его просили, на крыло иерусалимского храма, на высоту, чтобы его слова были слышнее собравшемуся народу, а затем, после некоторой паузы (толпа ждала, затаив дыхание), громко произнес: "Что спрашиваете меня о Сыне Человеческом? Он восседает на небе одесную Великой Силы и приидет на облаках небесных"[1]. Услышав это, священники вначале остолбенели от неожиданности, а затем сбросили Иакова со стены храма на землю и там добили (Евсевий пишет страшно-обыденно "добили скалкой").

Православие и революция

1

На каждой церковной службе мы молимся: "да тихое и безмолвное житие проживем во всяком благочестии и чистоте". Понятое буквально, "тихое и безмолвное житие", особенно в сочетании с молитвой о властях, по определению лишает православного верующего возможности какого бы то ни было участия в революции. У многих слово "православный" ассоциируется с послушным священноначалию и светским властям человеком, не интересующимся политикой, проявляющим возмущение только, если "внешние" совершают нечто оскорбительное для его веры и только если есть благословение на возмущение и активные действия.

Тем не менее, слово "революция" не чуждо христианину. Христианство, прежде всего, ориентировано на внутреннего человека и внутреннюю революцию. Личная встреча с Христом всегда переворачивает нутро, разбивает старые представления о плохом и хорошем в себе и мире. Евангелие прямо говорит о смерти ветхого (т.е., старого) человека закона и воскресении в Иисусе Христе к новой, преображенной, жизни. Обращение к Христу – это кризис, в разы страшнее и кровопролитнее, чем любая революция, страшный кризис видения себя такими, какие мы есть. Выход из этого внезапно открывшегося откровения о собственной душе возможен только через изменение всего существа, через то, что на греческом называется "метанойя" – резкое изменение ума, образа мыслей и всей жизни, покаяние. Начавшись внезапно и резко, метанойя продолжается всю жизнь христианина. Но возможно ли подобное изменение всего существа человека без выплеска вовне, в окружающий его мир?